Постельное белье и чемодан

Началось все так – я сидела на диване в красивой блузке и домашних шортах. Блузка нужна была для того, чтобы верхняя часть меня нарядно улыбалась в камеру, низ был в привычной для него домашней обстановке, он не представлял интереса. Я проходила скайп-собеседование с начальником кадрового отдела парка аттракционов Pacific Park в Лос-Анджелесе. Волновалась жутко, боялась ничего не понять и думала, стоит ли шутить по поводу ее имени – Кенни и “Южного парка”. Хорошо, что все-таки не шутила, меня приняли, и я полетела.

В Америку! На самолете! Тогда для меня многое было в первый раз, а натура я очень впечатлительная, поэтому даже не представляю, как я там не лопнула от переполнявших меня эмоций. И если учесть, каким непроходимым топографическим кретинизмом я обладаю, то я до сих пор не вполне понимаю, как я туда добралась, прожила там 4 месяца и выбралась обратно.

Радовало то, что в этот же парк из Екатеринбурга летела еще одна девочка Юлька. С ней мы и преодолели весь путь в 11 часов до Лос-Анджелеса. С ней же жили в нашем первом хостеле, позже к нам подтянулся Влад – дружище молдаванин, с которым у Юльки был летний роман, с ним мы уже переезжали в другие хостелы и сменили 2 квартиры.

Эта история не про то, как было здорово в Америке, а там было очень здорово! Не о том, с какими чудесными людьми я познакомилась, а их было очень много! И даже не о том, каким человеком я стала и какие навыки приобрела. Все эти истории я расскажу позже. Сегодняшняя история про чемодан и постельное белье. Она о том, что чувствует переживательная девочка, находясь в другой стране.  

Самое тревожное на чужбине – это когда у тебя нет собственного места с каким-нибудь подобием кровати, чистым постельным бельем и негде поставить чемодан со своими вещами, оставаясь уверенным, что никто не заберет его себе. Его даже не обязательно распаковывать. Просто знать, что он под защитой. Сохранность чемодана и белье – это такой минимум, относящийся к базовой потребности человека в безопасности. В пирамиде потребностей Маслоу безопасность стоит на втором месте после физиологических, но почему-то там ничего не сказано про постельное белье и чемодан.

Обычно, в фильмах про жизнь в чужом городе людям сначала приходится жить в вонючих клоповниках на окраине города, хранить деньги в морозилке, которые обязательно утащит какой-нибудь наркоман-сосед, питаться кошачьим кормом, потому что так дешевле и питательнее и ехать на работу около 3х суток на электричке. Потом же, по ходу фильма, условия на глазах улучшаются под тошнотно-позитивную музыку. И вот мы уже видим главного героя в собственной джакузи, с бокалом Кристалл в руках и сыплющимися лепестками роз с потолка, с одной стороны его обмахивает веером мавр с чувственными губами, с другой массирует ноги тайская мастерица. У нас же все было наоборот.

Сначала мы жили в очень симпатичном хостеле, который находился в 10 минутах  от работы, а соответственно и от океана. Там был красивый дворик, шоу программы по субботам, приятное чистое постельное белье, шкафчики с замками, в который можно спрятать чемодан, библиотека, завтраки с бубликами и йогуртом, приветливый персонал и красивые постояльцы – европейцы. Мы жили в девочковой комнате. Люди там все время менялись: французские канадки, немки, канадские канадки, китаянки, француженки и американки. Сначала я прыгала на каждую новую девочку и пыталась познакомиться со всеми. Ведь все это так интересно: разные страны, культуры, причины, почему они здесь. Я буквально трещала от восторга по швам. Но вскоре, я поняла, что просто не успеваю запомнить лица, имена, страны, из которых они все приехали, поэтому я перестала приставать к людям и просто улыбалась, а иногда совсем не обращала внимание на новых постояльцев.

Когда мы прожили в хостеле целую неделю, мы поняли, что деньги заканчиваются стремительно, новых мы пока не заработали и поторопиться с поиском постоянного жилья просто необходимо. А я девчонка классная, я не взяла с собой ни компьютера для того, чтобы ходить в интернет (ну его, положим, у меня и не было), ни телефона (я думала, что очень быстро его там себе куплю, да и кому мне звонить, я же никого в Америке не знаю). Но и помимо этого было много обстоятельств, из-за которых мы не могли найти себе постоянное жилье быстро.

В итоге, мы съехали в другой хостел. Он был ровно вполовину дешевле и на час езды на автобусе дальше от работы. Нас поселили уже в смежную комнату на 30 человек. Первая ночь в этом хостеле – была моей самой страшной ночевкой в Америке, потому что там, в комнате были какие-то четыре мужчины какой-то неизвестной мне национальности, они шептались и иногда поглядывали на меня. Один из них был в шляпе. Я совершенно не знаю почему, но он так напугал меня своей шляпой, и этот неразборчивый шепот… Я решила, что они придумывают, как меня убить и сделать из меня… еще одну шляпу. Я спала в какой-то боевой позиции. Я была очень упруга в ту ночь. Каждая мышца в теле была готова защищаться от этих ужасных злодеев.

Еще я испытывала просто животный страх, возвращаясь с работы домой в 2 часа ночи. От остановки до места, где мы жили пешком нужно было идти 20 минут, по темноте, по мексиканскому району, одной, в чужой стране. Дорога проходила над автострадой, никто бы даже не услышал, если бы я звала на помощь. Я с гораздо большим удовольствием обойду все самые темные уголки Уралмаша, чем окажусь сейчас в 2 часа ночи на той улице. С нашими злодеями хотя бы можно договориться, хотя бы попросить не трогать мою правую руку, мол, понимаете, она у меня любимая. И он обязательно поймет, и скажет: “Ну какая же ты славная девчушка, на дочку мою похожа, она сейчас второй срок мотает, скучаю по ней. Ну ты беги, беги, хорошая! Дай Бог тебе здоровья! На вот, конфетки в дорожку возьми, да ты бери, бери, у парня одного отобрал, он диабетик, ему нельзя!”

Вот вы говорите – космополитизм, безнационализм, да и у меня самой нет совершенно никакого предвзятого отношения к другим национальностям. Но об этом очень просто рассуждать, когда ты чувствуешь себя в безопасности. Страх – это такая штука, которая вскрывает в тебе твою животную сущность. И если ты какой-нибудь бурундучок и вдруг встречаешься лоб в лоб с каким-нибудь утконосом, тебя удивляет, что он выглядит не так: у него нет двух полосок на спине и совсем не пушистая шерстка, а какой-то странный клюв и чешуя с перьями. Он произносит незнакомые звуки и при ходьбе странно раскачивается из стороны в сторону. Кто его знает, о чем он думает, что он из себя представляет. Может быть он хищник и хочет тебя сожрать. Такой страх появляется, особенно если ты девочка, а утконос – мальчик, особенно когда тебе некуда поставить свой чемодан и нет своего чистого постельного белья. Особенно когда ты – девочка переживательная, и думаешь о том, что в этой стране никому нет до тебя дела, никто за тебя не вступится. Конечно это не так, кто-нибудь обязательно вступится, вокруг полно замечательных людей, но ты должна думать, что не вступится, тогда ты будешь в тысячу раз осторожнее, внимательнее и в тысячу раз более упругой. Наверное, еще и по этому мы тянулись к русскоговорящим арендодателям. Казалось, что мы сможем их понять, с ними безопаснее, они такие же бурундучки как и мы, и их не нужно опасаться.  

Оставаться жить в хостеле было накладно, каким бы демократичным он ни был, но снимать квартиру помесячно гораздо дешевле. Да и хотелось уже обрести свой угол, в котором бы не было странных чуваков в шляпах, где бы мы могли оставить свои чемоданы и обзавестись чистым постельным бельем.

И вот уже Влад звонит по очередному номеру (потому что Влад купил симку и Влад лучше говорит по английски и вообще молодец), а ему отвечает мужчина по-русски, но с сильным акцентом. Мы пошли смотреть квартиру. Она устраивала нас по цене, больше особо ничем не устраивала, но денег на хостел не оставалось – было решено туда переезжать. Я тащила свой чемодан и плакала, мне было страшно. Мы ехали в квартиру к двум армянам. Кончено с нами будет Влад, но у нас могут быть разные смены и Влад будет на работе, а мы дома, кто знает, что придет в голову этим ребятам. может быть они хищники и захотят нас сожрать. Потом Влад сказал, что это таджики и я почему-то перестала плакать.

В итоге, мы познакомились с этими ребятами, и как это ни странно, их звали Равшан и Дальшот. Нормальные ребята. Когда они что-то перечисляли, то говорили так: фрукты-мруткты, ларёк-марёк. Зарабатывали на жизнь тем, что помогали людям переезжать, таскали вещи. Грузчики по нашему. Но они это называли красивым словом мувинг. В общем, неплохие были ребята, если не брать в расчет, что вечера они проводили за косячком, пивом и игрой в “рулетку”. В то время она только набирала обороты. Это такое интернет-развлечение, когда ты общаешься по веб-камере со случайными людьми со всего мира. Их диалог обычно начинался с фразы: вотс ап, бич?!  и дикого хохота. В общем-то этим диалог и заканчивался. Время от времени они любили пьяную ругань друг с другом и сальные шуточки по поводу знакомых девчонок. Жили мы все в одной комнате, места было мало. Если бы мама увидела кухню в этой квартире – она бы упала в обморок. Мы конечно особо всего этого не видели: приходили с работы и ложились спать, а все выходные пропадали, изучая город, но все же, при первой же возможности съехали к русскому парню. Его звали Эрик, но он просил называть его ИрЭк, ему казалось, что так звучит гораздо круче. Это было первой причиной, по которой я называла его Эрик.

Он сдавал свою 4х-комнатную квартиру русским ребятам. В одной комнате жили 2 девочки, в другой он сам, в гостиной на диване спала какая-то начинающая свою головокружительную голливудскую карьеру русская модель, а в четвертой жили мы втроем. Влад, Юлька и я. Это было самое спокойное проживание, как нам тогда казалось. Ну а что, кровати у нас были, даже со своим постельным бельем, комната закрывалась на ключ, а значит чемодан с вещами в безопасности и кухня была довольно-таки чистой, а во дворе даже был бассейн. Доступ который правда для нас вскоре стал закрыт из-за начинающей свою головокружительную голливудскую карьеру русской модели. Потому что она решила загорать там топлес, чего не потерпели живущие в этом же доме постояльцы.

На радостях, что наконец-то у нас появилось подобие дома, я напекла блинов и угощала ими всех, включая Эрика и даже назвала его пару раз ИрЭком, как он и просил.


Но выяснилось, что этот бурундучок, эта выхухоль, этот ЭРИК, которого казалось бы не нужно было опасаться оказался настоящим скунсом! И тут моя теория о принадлежности к одинаковым видам рухнула.

В тот день мы возвращались с Владом с работы. Зашли в магазин домашних товаров, что-то наподобие американской Икеи. Разглядывали там различные кресла, пледы, канделябры, статуэтки. Влад выбрал для мамы какое-то красивое декоративное дерево, я сказала, что не уйду отсюда без этой круглой коробки, совершенно не знала, что я буду с ней делать, но мне она ужас как была нужна. Мы хохотали, болтали о том, о сем. Я расслабилась и перестала быть упругой. Думала о том, что скоро домой, в Россию, как я по всем соскучилась.

На подходе к дому мы увидели полицейскую машину и нашего скунса на крыльце. В общем, оказалось, что он не платил арендную плату за это жилье уже 4 месяца. То есть брал деньги с нас и просто тратил их. Полицейские говорили с нами очень строго, они обращались к нам Мисс и Мистер. От этого обращения мурашки бежали по спине. Это было даже страшнее, чем когда родители в детстве звали из другой комнаты: Екатерина!

Они дали нам 15 минут на сборы и сказали, что если мы не вынесем свои вещи из квартиры за это время, они ее арестуют и зайти мы в нее сможем только после суда.
Так быстро я не собиралась никогда…

 

Меня спасло то, что вскоре меня ждало уже оплаченное путешествие в Сан-Франциско, а там уже и домой, и ночлег нужно было найти только на 3 дня. Меня приютили к себе подруги с работы. Влад нашел себе комнату на пару ночей, а Юля на тот момент уже давно была дома, в России. Поэтому эта история с хорошим концом.

За все это время, если я звонила родителям по скайпу – я рассказывала как все здорово. Во-первых, не смотря ни на что, было здорово, да это было лучшее приключение в моей жизни!  А во вторых, я не видела смысла сетовать о проблемах, которые они не смогу решить, находясь за океаном, но волноваться будут ужасно. Это уже потом мама смотрела детективные сериалы про Лос-Анджелес и говорила, что если бы посмотрела их до моей поездки – никуда бы меня не отпустила. Хорошо, что она посмотрела их уже года через 2 после моего возвращения. Когда я уже распаковала свой чемодан и спала на чистом постельном белье.

Если бы я могла вернуть время назад, я бы не изменила в том приключении ни дня, ни одной малюсенькой детали. Вот разве что не угощала бы тогда блинами этого скунса Эрика.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *