Постельное белье и чемодан

Началось все так – я сидела на диване в красивой блузке и домашних шортах. Блузка нужна была для того, чтобы верхняя часть меня нарядно улыбалась в камеру, низ был в привычной для него домашней обстановке, он не представлял интереса. Я проходила скайп-собеседование с начальником кадрового отдела парка аттракционов Pacific Park в Лос-Анджелесе. Волновалась жутко, боялась ничего не понять и думала, стоит ли шутить по поводу ее имени – Кенни и “Южного парка”. Хорошо, что все-таки не шутила, меня приняли, и я полетела.

В Америку! На самолете! Тогда для меня многое было в первый раз, а натура я очень впечатлительная, поэтому даже не представляю, как я там не лопнула от переполнявших меня эмоций. И если учесть, каким непроходимым топографическим кретинизмом я обладаю, то я до сих пор не вполне понимаю, как я туда добралась, прожила там 4 месяца и выбралась обратно.

Радовало то, что в этот же парк из Екатеринбурга летела еще одна девочка Юлька. С ней мы и преодолели весь путь в 11 часов до Лос-Анджелеса. С ней же жили в нашем первом хостеле, позже к нам подтянулся Влад – дружище молдаванин, с которым у Юльки был летний роман, с ним мы уже переезжали в другие хостелы и сменили 2 квартиры.

Эта история не про то, как было здорово в Америке, а там было очень здорово! Не о том, с какими чудесными людьми я познакомилась, а их было очень много! И даже не о том, каким человеком я стала и какие навыки приобрела. Все эти истории я расскажу позже. Сегодняшняя история про чемодан и постельное белье. Она о том, что чувствует переживательная девочка, находясь в другой стране.  

Самое тревожное на чужбине – это когда у тебя нет собственного места с каким-нибудь подобием кровати, чистым постельным бельем и негде поставить чемодан со своими вещами, оставаясь уверенным, что никто не заберет его себе. Его даже не обязательно распаковывать. Просто знать, что он под защитой. Сохранность чемодана и белье – это такой минимум, относящийся к базовой потребности человека в безопасности. В пирамиде потребностей Маслоу безопасность стоит на втором месте после физиологических, но почему-то там ничего не сказано про постельное белье и чемодан.

Обычно, в фильмах про жизнь в чужом городе людям сначала приходится жить в вонючих клоповниках на окраине города, хранить деньги в морозилке, которые обязательно утащит какой-нибудь наркоман-сосед, питаться кошачьим кормом, потому что так дешевле и питательнее и ехать на работу около 3х суток на электричке. Потом же, по ходу фильма, условия на глазах улучшаются под тошнотно-позитивную музыку. И вот мы уже видим главного героя в собственной джакузи, с бокалом Кристалл в руках и сыплющимися лепестками роз с потолка, с одной стороны его обмахивает веером мавр с чувственными губами, с другой массирует ноги тайская мастерица. У нас же все было наоборот.

Сначала мы жили в очень симпатичном хостеле, который находился в 10 минутах  от работы, а соответственно и от океана. Там был красивый дворик, шоу программы по субботам, приятное чистое постельное белье, шкафчики с замками, в который можно спрятать чемодан, библиотека, завтраки с бубликами и йогуртом, приветливый персонал и красивые постояльцы – европейцы. Мы жили в девочковой комнате. Люди там все время менялись: французские канадки, немки, канадские канадки, китаянки, француженки и американки. Сначала я прыгала на каждую новую девочку и пыталась познакомиться со всеми. Ведь все это так интересно: разные страны, культуры, причины, почему они здесь. Я буквально трещала от восторга по швам. Но вскоре, я поняла, что просто не успеваю запомнить лица, имена, страны, из которых они все приехали, поэтому я перестала приставать к людям и просто улыбалась, а иногда совсем не обращала внимание на новых постояльцев.

Когда мы прожили в хостеле целую неделю, мы поняли, что деньги заканчиваются стремительно, новых мы пока не заработали и поторопиться с поиском постоянного жилья просто необходимо. А я девчонка классная, я не взяла с собой ни компьютера для того, чтобы ходить в интернет (ну его, положим, у меня и не было), ни телефона (я думала, что очень быстро его там себе куплю, да и кому мне звонить, я же никого в Америке не знаю). Но и помимо этого было много обстоятельств, из-за которых мы не могли найти себе постоянное жилье быстро.

В итоге, мы съехали в другой хостел. Он был ровно вполовину дешевле и на час езды на автобусе дальше от работы. Нас поселили уже в смежную комнату на 30 человек. Первая ночь в этом хостеле – была моей самой страшной ночевкой в Америке, потому что там, в комнате были какие-то четыре мужчины какой-то неизвестной мне национальности, они шептались и иногда поглядывали на меня. Один из них был в шляпе. Я совершенно не знаю почему, но он так напугал меня своей шляпой, и этот неразборчивый шепот… Я решила, что они придумывают, как меня убить и сделать из меня… еще одну шляпу. Я спала в какой-то боевой позиции. Я была очень упруга в ту ночь. Каждая мышца в теле была готова защищаться от этих ужасных злодеев.

Еще я испытывала просто животный страх, возвращаясь с работы домой в 2 часа ночи. От остановки до места, где мы жили пешком нужно было идти 20 минут, по темноте, по мексиканскому району, одной, в чужой стране. Дорога проходила над автострадой, никто бы даже не услышал, если бы я звала на помощь. Я с гораздо большим удовольствием обойду все самые темные уголки Уралмаша, чем окажусь сейчас в 2 часа ночи на той улице. С нашими злодеями хотя бы можно договориться, хотя бы попросить не трогать мою правую руку, мол, понимаете, она у меня любимая. И он обязательно поймет, и скажет: “Ну какая же ты славная девчушка, на дочку мою похожа, она сейчас второй срок мотает, скучаю по ней. Ну ты беги, беги, хорошая! Дай Бог тебе здоровья! На вот, конфетки в дорожку возьми, да ты бери, бери, у парня одного отобрал, он диабетик, ему нельзя!”

Вот вы говорите – космополитизм, безнационализм, да и у меня самой нет совершенно никакого предвзятого отношения к другим национальностям. Но об этом очень просто рассуждать, когда ты чувствуешь себя в безопасности. Страх – это такая штука, которая вскрывает в тебе твою животную сущность. И если ты какой-нибудь бурундучок и вдруг встречаешься лоб в лоб с каким-нибудь утконосом, тебя удивляет, что он выглядит не так: у него нет двух полосок на спине и совсем не пушистая шерстка, а какой-то странный клюв и чешуя с перьями. Он произносит незнакомые звуки и при ходьбе странно раскачивается из стороны в сторону. Кто его знает, о чем он думает, что он из себя представляет. Может быть он хищник и хочет тебя сожрать. Такой страх появляется, особенно если ты девочка, а утконос – мальчик, особенно когда тебе некуда поставить свой чемодан и нет своего чистого постельного белья. Особенно когда ты – девочка переживательная, и думаешь о том, что в этой стране никому нет до тебя дела, никто за тебя не вступится. Конечно это не так, кто-нибудь обязательно вступится, вокруг полно замечательных людей, но ты должна думать, что не вступится, тогда ты будешь в тысячу раз осторожнее, внимательнее и в тысячу раз более упругой. Наверное, еще и по этому мы тянулись к русскоговорящим арендодателям. Казалось, что мы сможем их понять, с ними безопаснее, они такие же бурундучки как и мы, и их не нужно опасаться.  

Оставаться жить в хостеле было накладно, каким бы демократичным он ни был, но снимать квартиру помесячно гораздо дешевле. Да и хотелось уже обрести свой угол, в котором бы не было странных чуваков в шляпах, где бы мы могли оставить свои чемоданы и обзавестись чистым постельным бельем.

И вот уже Влад звонит по очередному номеру (потому что Влад купил симку и Влад лучше говорит по английски и вообще молодец), а ему отвечает мужчина по-русски, но с сильным акцентом. Мы пошли смотреть квартиру. Она устраивала нас по цене, больше особо ничем не устраивала, но денег на хостел не оставалось – было решено туда переезжать. Я тащила свой чемодан и плакала, мне было страшно. Мы ехали в квартиру к двум армянам. Кончено с нами будет Влад, но у нас могут быть разные смены и Влад будет на работе, а мы дома, кто знает, что придет в голову этим ребятам. может быть они хищники и захотят нас сожрать. Потом Влад сказал, что это таджики и я почему-то перестала плакать.

В итоге, мы познакомились с этими ребятами, и как это ни странно, их звали Равшан и Дальшот. Нормальные ребята. Когда они что-то перечисляли, то говорили так: фрукты-мруткты, ларёк-марёк. Зарабатывали на жизнь тем, что помогали людям переезжать, таскали вещи. Грузчики по нашему. Но они это называли красивым словом мувинг. В общем, неплохие были ребята, если не брать в расчет, что вечера они проводили за косячком, пивом и игрой в “рулетку”. В то время она только набирала обороты. Это такое интернет-развлечение, когда ты общаешься по веб-камере со случайными людьми со всего мира. Их диалог обычно начинался с фразы: вотс ап, бич?!  и дикого хохота. В общем-то этим диалог и заканчивался. Время от времени они любили пьяную ругань друг с другом и сальные шуточки по поводу знакомых девчонок. Жили мы все в одной комнате, места было мало. Если бы мама увидела кухню в этой квартире – она бы упала в обморок. Мы конечно особо всего этого не видели: приходили с работы и ложились спать, а все выходные пропадали, изучая город, но все же, при первой же возможности съехали к русскому парню. Его звали Эрик, но он просил называть его ИрЭк, ему казалось, что так звучит гораздо круче. Это было первой причиной, по которой я называла его Эрик.

Он сдавал свою 4х-комнатную квартиру русским ребятам. В одной комнате жили 2 девочки, в другой он сам, в гостиной на диване спала какая-то начинающая свою головокружительную голливудскую карьеру русская модель, а в четвертой жили мы втроем. Влад, Юлька и я. Это было самое спокойное проживание, как нам тогда казалось. Ну а что, кровати у нас были, даже со своим постельным бельем, комната закрывалась на ключ, а значит чемодан с вещами в безопасности и кухня была довольно-таки чистой, а во дворе даже был бассейн. Доступ который правда для нас вскоре стал закрыт из-за начинающей свою головокружительную голливудскую карьеру русской модели. Потому что она решила загорать там топлес, чего не потерпели живущие в этом же доме постояльцы.

На радостях, что наконец-то у нас появилось подобие дома, я напекла блинов и угощала ими всех, включая Эрика и даже назвала его пару раз ИрЭком, как он и просил.


Но выяснилось, что этот бурундучок, эта выхухоль, этот ЭРИК, которого казалось бы не нужно было опасаться оказался настоящим скунсом! И тут моя теория о принадлежности к одинаковым видам рухнула.

В тот день мы возвращались с Владом с работы. Зашли в магазин домашних товаров, что-то наподобие американской Икеи. Разглядывали там различные кресла, пледы, канделябры, статуэтки. Влад выбрал для мамы какое-то красивое декоративное дерево, я сказала, что не уйду отсюда без этой круглой коробки, совершенно не знала, что я буду с ней делать, но мне она ужас как была нужна. Мы хохотали, болтали о том, о сем. Я расслабилась и перестала быть упругой. Думала о том, что скоро домой, в Россию, как я по всем соскучилась.

На подходе к дому мы увидели полицейскую машину и нашего скунса на крыльце. В общем, оказалось, что он не платил арендную плату за это жилье уже 4 месяца. То есть брал деньги с нас и просто тратил их. Полицейские говорили с нами очень строго, они обращались к нам Мисс и Мистер. От этого обращения мурашки бежали по спине. Это было даже страшнее, чем когда родители в детстве звали из другой комнаты: Екатерина!

Они дали нам 15 минут на сборы и сказали, что если мы не вынесем свои вещи из квартиры за это время, они ее арестуют и зайти мы в нее сможем только после суда.
Так быстро я не собиралась никогда…

 

Меня спасло то, что вскоре меня ждало уже оплаченное путешествие в Сан-Франциско, а там уже и домой, и ночлег нужно было найти только на 3 дня. Меня приютили к себе подруги с работы. Влад нашел себе комнату на пару ночей, а Юля на тот момент уже давно была дома, в России. Поэтому эта история с хорошим концом.

За все это время, если я звонила родителям по скайпу – я рассказывала как все здорово. Во-первых, не смотря ни на что, было здорово, да это было лучшее приключение в моей жизни!  А во вторых, я не видела смысла сетовать о проблемах, которые они не смогу решить, находясь за океаном, но волноваться будут ужасно. Это уже потом мама смотрела детективные сериалы про Лос-Анджелес и говорила, что если бы посмотрела их до моей поездки – никуда бы меня не отпустила. Хорошо, что она посмотрела их уже года через 2 после моего возвращения. Когда я уже распаковала свой чемодан и спала на чистом постельном белье.

Если бы я могла вернуть время назад, я бы не изменила в том приключении ни дня, ни одной малюсенькой детали. Вот разве что не угощала бы тогда блинами этого скунса Эрика.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт защищен reCAPTCHA и применяются Политика конфиденциальности и Условия обслуживания применять.