Что хранят в себе простые надписи

А летом мы обязательно ездили в лагерь! «Лагерь»… – это слово пахнет соснами, утренней росой и столовскими котлетами. Приключениями, новыми знакомствами и самой настоящей жизнью!

Первый раз я поехала в лагерь, кажется, в возрасте 8-9 лет. Как-то мама пришла с работы и сказала, что профсоюз вручил ей путевку в лагерь. Это был цветной листочек А4 свернутый в три раза, на котором написано как это здорово – отдыхать в детском лагере, и что необходимо обязательно иметь при себе. С тех пор, когда слышу слово “Путевка”, даже если речь идет про путевки в Грецию, Барселону или на Бали, я представляю себе синий или желтый свернутый втрое листочек, на котором курсивом написано: Оздоровительный лагерь «Салют».

Помню, как мы собирали с мамой мою первую сумку в самостоятельную жизнь, это был целый процесс! Я тащила из шкафа все свои вещи и раскладывала их на диване. Мы разглядывали их, вынося вердикт каждой. Я конечно хотела взять все! И вот ту новую футболку с далматинцами, и голубые велосипедки из лайкры, и старенькое, но такое любимое платьице цвета фуксии, и умопомрачительные сабо на платформе, (я как раз недавно узнала что вообще такое значит сабо), и все мои заколки – бабочки, и непременно резинку-радугу для волос! Каждая уважающая себя девчонка должна была иметь такую резинку. С ней я чувствовала себя крутым тинейджером (это слово мне тоже казалось невероятно крутым!), а в этом вашем лагере наверняка нужно быть ну самой крутой, другим там просто нет места!

Мама же заботливо укладывала в сумку и нужные вещи: средство от комаров, спортивный костюм, купальник, детский крем и хозяйственное мыло – им будешь стирать свои носки и трусики… слыхали, стирать! сама! Ну это уже совсем по-взрослому! А еще блокнотик, чтобы записать адреса и номера телефонов своих новых друзей, с которыми я обязательно познакомлюсь и подружусь на всю оставшуюся жизнь.
После того как весь мой шкаф оказывался в сумке, она ни в какую не хотела закрываться. В основном, конечно из-за умопомрачительных сабо на платформе, но мама ведь тоже женщина, она прекрасно понимала, что без них в лагере делать нечего. Поэтому мы корячились, но с треском закрывали мою сумку.

Мам, а что мы там будем там делать?
Все узнаешь на месте…

Меня немного пугала неизвестность, но я видела мамину мечтательную улыбку и тогда страх переходил в приятное волнение. Наверное, она вспоминала свои сосны, свои корпуса и свои королевские ночи.

И вот мы уже стоим возле гороно и ждем автобусы. Нас разделили на кучки, в зависимости от возраста и я разглядываю мальчишек и девчонок с которыми мне предстоит прожить целую жизнь: Может быть эта будет моей лучшей подругой? У нее приятный смех! А с этой у нас будет постоянная конкуренция, меня почему-то бесит, что она вся такая спортивная и невозможно задорная! В этом красавце я разочаруюсь, потому что на медляк под “Многоточие” он пригласит, увы, не меня. Возможно я даже всплакну из-за него пару раз, но не больше! Тем более что вот этот чудик в дурацкой бейсболке, наверняка посвятит мне пару стихов.

А потом нас везли. Везли, как мне казалось, ооочень далеко. Сейчас мы преодолеваем это расстояние на машине за 20-30 минут. Но тогда это было целым путешествием на другую планету. Помню огромные разноцветные ворота, возле которых нас выгрузили. “Салют”. Лучший лагерь для меня! Наверное потому что первый.

Огромная территория, высоченные сосны, пирс в виде кораблика и водокачка. На крыше этой водокачки был флюгер в виде петуха. По лагерю ходила легенда, что ночью этот петух оживает. И служит своей хозяйке – Белой Бабке. Она ходит по лагерю с… почему-то капельницей… и… высасывает жизнь у детей. А петух ей как-то в этом помогает. Не знаю точно как, но по-видимому выполняет какие-то функции мед. брата, только это такой мед. брат, который не лечит, а калечит… В общем, я не уверена, чем они там с бабкой промышляли, но их боялись все.

По приезду нам выдавали вожатых и те вели свои отряды по корпусам.
А дальше – заселение в палату. Наиважнейший момент в лагерной жизни! Когда вожатые приводят вас в корпус, в котором вы будете проживать следующие 3 недели и дают команду заселяться, нужно максимально быстро и правильно выбрать палату. Запомните, это САМЫЙ ответственный момент! Потому что если ты выберешь не ту палату – считай вся смена на смарку. У тебя есть секунд 30, не больше. На то, чтобы сломя голову забежать в самую удачно расположенную палату, занять самую выгодно стоящую кровать, да и еще и в компании самых классных девчонок.

Не тех овец, которые на дискотеку жмотят свои блестки и ходят повсюду с надменным видом, и не тех тихонь, что после отбоя ложатся СПАТЬ и вместо дискотек остаются в корпусе почитать! А таких чумовых девчонок, с которыми можно убегать из окна в тихий час, чтобы побродить у пирса и наловить там головастиков в бутылку; обсуждать кого из парней нужно обязательно поймать в “Пух Мех или Перо” на дискотеке; привязывать паутов за шею на ниточку (у паутов вообще есть шея?), потому что это как бы наши собачки и мы их выгуливаем; а по ночам обматывать спящих парней туалетной бумагой!

У меня всегда была чуйка на палаты! Хотя скорее не так – это не я выбирала палату, это палата выбирала меня! Потому что у меня было вот это вот все и даже больше.

Каждое наше утро начиналось с линейки. Все отряды выстраивался на специально отведенном для линейки месте. Мы кричали названия своих отрядов, девизы, слушали названия и девизы других отрядов, узнавали про спортивные и культурные мероприятия на день и строем шли на завтрак. Линейка у меня ассоциируется с мокрой травой, хлещущей по ногам, комарами и душным влажным воздухом. Необходимый ритуал по мнению взрослых, но не вызывающий у детей особого желания вставать ни свет ни заря!

После линейки нас ждал завтрак, а затем уборка территории. Я помню, как мы с подружкой Катькой, будучи уже в статусе прожженных лагерниц, отлынивали от уборки территории на веранде, заваленной матрацами. Мы прятались в матрацы, чтобы нас никто не нашел и досыпали там 20-30 минут, пока остальные неудачники подметали шишки и собирали фантики.

Сбор фантиков – это был хитрый план взрослых отучить нас мусорить. Каждый отряд на протяжении всей смены собирал фантики от конфет и нанизывал их на нитку. По итогу смены, у кого гирлянда оказывалась длиннее, тот отряд и побеждал. Думаю, что вполне вероятно, именно в лагерях у мальчиков закладываются некоторые предрассудки, связанные с этим прилагательным. Мы старательно всю смену собирали фантики на нитку, чтобы потом на прощальном костре сжечь свою гирлянду. Наверное для того, чтобы показать мальчикам, что все таки размер не так уж и важен, или не знаю о чем уж там думали эти взрослые!

В лагере мы были заняты каждую минуту. У нас был очень насыщенный график.
Мы участвовали в различных конкурсах, организовывали соревнования по пионерболу, придумывали номера самодеятельности и разрисовывали всяческие стенгазеты.

Например вот Мисс-Лагерь.

Я участвовала в конкурсе Мисс-Лагерь ровно 3 раза.

В детстве я очень хотела быть актрисой и думала, что это прекрасная возможность проявить себя. Ну а что, ведь это же конкурс талантов, артистизма и всепоглощающей харизмы! Наверняка в жюри будет сидеть какой-нибудь выдающийся режиссер, он предложит мне главную роль в очень известном фильме, я блистательно сыграю главную героиню и мою работу увидит Леонардо Ди Каприо. Целую ночь он не сомкнет глаз и наутро осмелится написать мне письмо. Мол, приезжай, Катя, будем вместе сниматься в кино, если бы я увидел тебя раньше, то в “Титанике” я бы рисовал совсем не Кейт Уинслет! Я тут про тебя уже всем рассказал, Голливуд тебя с нетерпением ждет! А еще я без памяти в тебя влюблен, поэтому становись моей женой!

Все завертится, закрутится и вот, я уже держу заветную статуэтку в руках, трогательно плачу и благодарю родителей, продюсера и Господа Бога за то, что они подарили миру меня. А рядом стоит переполненный гордостью муж Леонардо.

Вот для этого вот всего, я основательно готовилась к конкурсу Мисс-Лагерь: придумывала себе крутые образы и наряды. Например, в конкурсе со спортивной тематикой, я щеголяла в Настином черно-белом костюмчике и кудрях. А в руках у меня была ракетка для бадминтона. Я отыгрывала теннисистку. Поняли, да? Теннисистку! С ракеткой для бадминтона! И зритель мне верил! У меня был какой-то остроумный текст и в целом я невероятно блистала на сцене! Тогда мне дали оскорбительное звание – Мисс Улыбка. А Мисс Лагеря получила самая красивая девочка на смене.

Я не отчаялась, и на следующей смене снова участвовала в конкурсе. Я пела какую-то невозможно трогательную песню в платье из занавесок, которое мы с девчонками состряпали за сончас и в помаде вожатой Саши. Тогда мне дали еще одно оскорбительное звание – Мисс обаяние. А Мисс Лагеря получила самая красивая девочка на смене!

Тогда я почти отчаялась и на следующую смену стала участвовать в новой версии этого конкурса – Мисс-Лагеря “Бабка Ежка”. Это тоже самое, что и предыдущая версия, только шансы есть и не у самых красивых девочек смены. Каждая участница должна была перевоплотиться в водяную, лесную или домовую красавицу, или прочую нечисть. Я придумала себе чумовой наряд: пестрая блуза, многослойная юбка, пояс из шишек и внушительный начес. Я сочинила до одури смешную историю (ну по крайней мере моя подружка Катька, хохотала, когда я зачитывала ей свои наработки) про то как я, Бабка Ежка, впервые увидела телевизор.

В общем, своего я почти добилась – я стала Вице-Мисс Бабка Ежка. Так себе звание, да? А уж кто тогда занял первое место я не помню, но точно не самая красивая девочка смены. Такие не участвовали в этом конкурсе.

Вот тогда я почему-то отчаялась. И теперь я не актриса! Лео конечно кусает локти, потому что он что-то слышал про секси-Бабку Ежку с чумовой историей про телевизор, но зритель так никогда и не увидит меня в кино… вероятнее всего… но это не точно!

А еще в лагере была радиорубка эфир которой звучал по всему лагерю из динамиков. И когда мы с моей подружкой Катькой зарекомендовали себя как невероятно интересные и разносторонние личности, приезжающие каждый год на все три смены подряд, мы заработали статус крутых лагерных заводил. А вместе с ним и право вести свои радиоэфиры из этой рубки в тихий час. Наверное мы должны были задуматься, почему наши эфиры велись именно в сон час, когда на улице почти никого не встретишь, но нам казалось, что мы заоблачно популярны и востребованы!

Мы ставили песни, которые любили и несли всякую крутую тинейджерскую ересь. У нас была рубрика “Любовные записки” и ребята приносили нам записки для своих пассий, которые мы зачитывали. Каждая из нас ждала, что и для нее кто-нибудь принесет такую записку, но как-то не вышло. Поэтому, когда я отлучилась припудрить носик, Катька на весь лагерь заявила какая я классная подруга и поставила для меня песню Тату. А мы очень любили с ней группу Тату. Я была искренне тронута, поэтому в другой раз, когда Катька как бы случайно отлучилась из рубки я сделала тоже самое.

А еще в лагере была вышка – штаб дежурных, которые с высоты глядят на дорогу и ждут, чьи же родители приедут сегодня. И каждый ребенок-дежурный таит надежду, что сегодня приедут именно его родители. Он конечно никогда не скажет об этом вслух! Пф! Он уже взрослый! Ему некогда возиться с родителями! Но каждый ребенок-дежурный смотрел вдаль и надеялся, что сейчас из за поворота появится знакомая машина.

Именно в лагере я впервые испытала, что такое слезы радости.
Пришли ко мне ребята-дежурные и говорят: Катя Дунаева, к тебе приехали!
А у меня как раз был сложный день – мы в очередной раз навсегда поссорились с моей подружкой Катькой, я слонялась по лагерю и демонстративно грустила. А тут – приехали! А я и не знала, что они будут сегодня! Я со всех ног бегу к воротам. И вижу – маму и папу и бабулю. Они стоят там, за воротами, такие любимые и такие мои! И вдруг, мне сдавливает грудь, в горле появляется ком и из глаз начинают капать слезы. Тогда я поймала себя на мысли, что слезы могут капать не только от разодранной коленки или страшной обиды, но и от радости, которая переполняет от пяток и до самой макушки, украшенной любимой резинкой-радугой. Это было совершенно новое, не испытанное ранее чувство.

Иногда, дураки-мальчишки очень жестоко шутили: скажут – к тебе приехали! Ты несешься к воротам а там – никого. Стоишь, рыдаешь от обиды и ненавидишь этих говнюков! После одной такой шутки моя душа и зачерствела. Я никогда больше не была прежней, доверчивой и наивной простушкой, нет! Теперь, когда мне приносили благую весть, я заглядывала каждому дежурному прямо в глаза и искала в них хитрый огонек! Нет, сукин ты сын! Меня больше не проведешь!
Говорю ему железным голосом: кто приехал? – Мама. – Ну так можно любому сказать, мне нужны подробности, кто приехал с мамой?! И немного так надвигаюсь на него и даже привстаю на одну из его ног, чтобы он не смог убежать. – Откуда я знаю, мужик какой-то лысый, отпусти меня, дура ненормальная!

У моего папы очень благородная лысина, но я бы никогда не назвала его лысым… Поэтому пару минут я пребывала в смятении. Может быть речь все-таки не про моего папу? Нужно было убедиться и я побежала к воротам. В этот раз дежурный меня не обманул. В тот день меня переполняли двойственные чувства: с одной стороны, я очень была рада видеть родителей, а с другой, мне было очень обидно за папу. Ведь у него есть волосы, прекрасные волосы! Пусть и не по всей голове, но они есть! Сам ты лысый! Мелкий придурок! Надо было отдавить тебе обе ноги!

Родители привозили мне мое любимое лакомство – лепешки (это было обычное обжаренное пельменное тесто, но я его просто обожала!), а еще теплого молочка из-под коровы, его доставляла во двор к бабуле большая машина из деревни. Чтобы порадовать меня, родители укутывали банку с молоком в шаль, чтобы оно не остыло по дороге. А еще привозили печенья, конфеты и прочие радости, которые мы потом делили на всю палату.

А самым главным событием для всех нас была Королевская Ночь. Последняя ночь в лагере. К ней готовились пол смены и это всегда был настоящий праздник. Сначала был большой концерт, отряды ставили номера, вожатые награждали самых активных ребят и всем вручали конфеты, подарки и различные звания. Помню как мы готовили с девочками крутой танец на стульях под песню Бритни Спирс Ай лав Рок-н-ролл. Танец нам ставил взрослый парень – хореограф Дима. Он сам отбирал девочек для этой постановки, поэтому мы очень гордились, что вошли в состав! Мы чувствовали себя как какие-то Пуси Кэт Доллс и несомненно сорвали авации зала своим выступлением.

После концерта был огромный прощальный костер. Это всегда было очень красивое зрелище. Костер выстраивали из срубленных деревьев, он был очень высокий. Мы пели пару песен, сжигали наши гирлянды из фантиков, а потом дружно шли на наш последний ужин, после которого была дискотека до 2 часов ночи! Совсем как у взрослых!

Девочки готовились к этой дискотеке очень основательно. Менялись одеждой, давали друг другу помаду, тени или вон ту сумочку, душились одними духами всей палатой, потому что духи тогда были только у одной девочки, а желающих благоухать – целая толпа.

Мальчики тоже наряжались, в основном в широкие рэперские штаны и узкие темные очки, например. На дискотеке эти мальчики стелили на пол ДВП и крутили на нем брейк. Все выстраивались в кружок и восторгались их умению вставать на голову и раскручиваться в таком положении.

На этой самой дискотеке происходили кульминации всех отношений в лагере. Мальчики приглашали девочек на медляки, и говорили им слова любви или наоборот: прости, но у нас ничего не выйдет. А дальше горючие слезы. В этот момент самые догадливые мальчики активировались и утешали брошенных девочек, рассказывая им, какие они на самом деле чудесные и чего они на самом деле достойны. И иногда это приводило к новым романам.

Медляки всегда занимали особое место на дискотеке. Под некоторые, особенно печальные многие даже не могли танцевать. Потому что песня про Алешку, например, невероятно грустная и я просто хочу постоять в сторонке и порыдать о том, как в ней все не справедливо.
Некоторые пары танцевали медляки по-пионерски. Это когда мальчик и девочка танцуют друг с другом на расстоянии, держась при этом за плечи и талию прямыми не сгибающимися руками. Если девочке не нравился мальчик, то чаще всего именно так и выглядел их танец.

Самым неприятным в лагерных медляках был один фактор – комары. Поскольку лагерь расположен в лесу, комаров в нем очень много. Если танцевать динамичные танцы, то эти гады не успевают впиться в твои руки и ноги. А вот танцуя медленный танец от них особо не увернешься. Поэтому комары, заслышав песню “В жизни так бывает”, слетались со всего леса на летнюю эстраду, чтобы полакомиться. Приходилось их терпеть, чтобы не извиваться, как уж на сковородке в объятиях своего кавалера. Один медляк я танцевала с мальчиком, который параллельно отмахивал комаров от меня. Тогда мне казалось, что вот так и выглядит взрослая любовь.
А потом кавалеры провожали своих дам до корпусов и говорили, что там, на большой земле, когда все мы вернемся, он обязательно ее отыщет! Обязательно!
На утро все обменивались друг с другом телефонами, писали в блокнотах слова любви и пожелания счастья. И все это было искренне. Хоть и не разу ни один телефон не был набран, по приезду домой. Не знаю, почему так. Но отношения и друзья, которые были в лагере там и оставались.

Потом нас рассаживали по автобусам и везли обратно. И эта дорога была куда короче, чем дорога вперед. Мы пели песни, обнимались и прощались.

Однажды, со смены меня встречал папа. Все дети выбегали из автобуса и радостно вешались на шею своим родителям. А меня все не было. Папа зашел в опустевший автобус, где сидела я. Я подняла на него глаза и заплакала. Папа было обрадовался, что дочь так тронута, встречей с отцом, но когда он спросил, почему я плачу – я сказала, что я хочу обратно и мне жаль, что все закончилось. Наверное после этого случая папа и поставил мне свой диагноз – патологическая тяга к общению.

Самое главное, что мы получали в лагере – это эмоции. Мы выдумывали себе трагедии, ссорились с одними и веселились с другими. Страдали из-за одних мальчиков и заставляли других мальчиков страдать из-за нас. Навсегда ссорились со своими подругами и мирились с ними через 15 минут. Первые подвиги и первые предательства. И все это осталось в тех корпусах, на летней эстраде, на стадионе и на качелях-лодочках. Все они помнят каждый разговор, каждый взрыв смеха и каждую слезу. А еще все это хранят в себе простые надписи на стенах, матрасах и асфальте “3 отряд, 2 смена, 2004 год”. Возможно для какого-нибудь взрослого, эта надпись ничего не значит. Простой факт. Но на самом деле в ней столько детских историй и воспоминаний, столько пережитых эмоций, обид, разочарований и радостного смеха.

Если как нибудь летом, вы будете проходить мимо гороно, возле которого соберутся дети разных возрастов, теребя от волнения цветные листочки в руках, и ожидающие посадку на автобус, задержитесь на пару минут, посмотрите на лица этих ребят, шарящих глазами друг по другу и придумывающих невероятные истории, которые вероятнее всего с ними произойдут. И обязательно вспомните свои. Возможно в этих историях есть и я. Также как и вы в моих.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *